Косметический ремонт вместо реконструкции

Девизом Давосского форума были выбраны слова «переосмысление», «перестройка» и «реконструкция», имелось ввиду, разумеется, капитализма. Однако никакого переосмысления не произошло. Уже в первый день саммита президент Франции Николя Саркози заявил, что никто не собирается подвергать сомнению правильность нынешней модели капитализма и тем более - отказываемся от капитализма в нынешнем виде. Ведь даже сам кризис, который полтора года назад казался катастрофой беспрецедентных масштабов, сегодня идет на убыль, что еще раз убеждает в жизнеспособности существующей системы. Единственное темное пятно на ее солнечном лике — это биржевые спекуляции, которые привели к образованию пузырей на рынках и, в конечном итоге, — к кризису. Поэтому единственное, что требуется — бороться со спекуляциями и совершенствовать контроль над финансовыми рынками. А если сами финансовые корпорации не хотят вносить коррективы в свою деятельность, то придется это сделать «сверху», установив для них ограничения как на государственном, так и на международном уровне.

С легкой руки французского президента тема банковского регулирования и стала лейтмотивом Давосского форума. Тем более что незадолго до его открытия, финансовый мир поразила новость о намерении президента США Барака Обамы ввести новые правила для финансовых структур.

Первая часть нового «Плана Обамы» касается ограничений на характер деятельности банков на американском рынке: банки, которые имеют вклады населения, не смогут вкладывать деньги  в прибыльные, но высокорисковые операции на рынках. Им больше не будет разрешено владеть, инвестировать или спонсировать хедж-фонды, фонды прямых частных инвестиций, заниматься торговлей ценными бумагами из собственных средств для собственной прибыли, которые не связаны с обслуживанием их клиентов.

ни «план Обамы», ни создание нового антикризисного фонда не решают двух фундаментальных проблем. Первая из них - глобальное перепроизводство и переизбыток в мире ликвидности. Вторая проблема, органично вытекающая из первой, — обособление финансового сектора от сферы производства товаров и услуг

Вторая часть плана касается размеров банков: один банк не сможет занимать больше чем 10% рынка по каждому виду финансовой деятельности. Эта мера нацелена на уменьшение концентрации, которая значительно выросла на финансовом рынке США в последние двадцать лет: на четыре крупнейших американских банка сегодня приходится более половины всех активов отрасли. Крах даже одного из этих гигантов может вызвать дестабилизацию всей финансовой системы, что наглядно продемонстрировало банкротство Lehman Brothers позапрошлым летом.

Обсуждение нового «Плана Обамы» органично стало составной частью дискуссий на Всемирном Экономическом форуме. Так, в поддержку предложений американского президента в Давосе выступили известный американский экономист Нуриэль Рубини (который предсказал кризис 2007–09 годов) и финансист Джордж Сорос. Критика же американского плана сводилась в основном к тому, что сегодня нужны не локальные, а глобальные меры. «Мы находимся в рамках международного финансового рынка, и нам требуется единое поле с едиными правилами игры», — заявил генеральный директор Deustche Bank Йозеф Аккерман, предложив ввести сбор с трансграничных финансовых операций для формирования фондов помощи банкам.

«Реформа должна быть трансграничной: в отдельно взятой стране она не даст результата», - поддержал Аккермана директор-распорядитель МВФ Доминик Стросс-Кан. Николя Саркози также отметил, что поддерживает предложения Обамы, направленные на борьбу с финансовыми спекуляциями, однако предпочел бы, чтобы реформа регулирования проводилась не в рамках отдельных стран, а на международном уровне, через «Большую двадцатку» крупнейших экономик.

В результате самым заметным итогом Всемирного экономического форума в Давосе стало решение о создании международного антикризисного фонда, средства которого будут направляться нуждающимся в поддержке банкам. Фонд будет пополняться за счет сборов, которым участники Давоса предложили облагать все мировые финансовые институты. Было решено, что идея банковских взносов в антикризисный фонд будет представлена на заседании министров стран «Большой двадцатки» в апреле.

Тем не менее, трудно отделаться от ощущения, что в Давосе «гора родила мышь». Во-первых, сегодня невозможно сказать, когда антикризисный фонд будет создан — на согласование необходимых решений между всеми участниками «Большой двадцатки» могут уйти годы. Но гораздо важнее то, что ни «план Обамы», ни тем более создание нового антикризисного фонда не решают двух фундаментальных проблем.

Первая из них — глобальное перепроизводство и переизбыток в мире ликвидности. Ведь рост спекулятивных операций стал следствием отсутствия возможностей инвестирования в реальном секторе огромного количества дешевых денег, которыми США наполняли мир в последние двадцать лет.

Вторая проблема, органично вытекающая из первой, — обособление финансового сектора от сферы производства товаров и услуг. Другими словами, возможность граждан, компаний и государств обогащаться только за счет операций с «виртуальными» ценностями, типа производных ценных бумаг, вне зависимости от производства реальных материальных благ.

Первая проблема в капиталистической системе «автоматически» решается с помощью циклических кризисов, либо высокой инфляции (как в 70-х годах прошлого века). Результат действия этих механизмов один — избыточные производительные силы уничтожаются, и экономика получает возможность начать новый этап развития.

Проблема обособления финансового сектора от сферы производства решается, с одной стороны, за счет инноваций, появление которых открывает возможности для инвестирования средств в производство новых товаров и услуг ( Кейнс придумал за счет активных госинвестиций «растягивать» затухающую фазу экономического цикла до появления таких инноваций). С другой — за счет жесткого государственного регулирования, такого как знаменитый закон Гласса-Стигала, которым в разгар Великой депрессии было введено разделение банков на инвестиционные и коммерческие.

Что мы видим сегодня?

Во-первых, одобренный в Давосе план создания антикризисного фонда направлен, скорее, на консервацию статус-кво, поскольку никаких правил игры не меняет, а лишь создает банкам дополнительную подстраховку. Во-вторых, меры, предусмотренные «Планом Обамы» гораздо мягче норм закона Гласса-Стигала (похороненного в девяностых годах усилиями Алана Гринспена). В частности, хотя банки не смогут осуществлять торговлю ценными бумагами из собственных средств, хотя при этом им по-прежнему будет разрешено проводить инвестбанковское обслуживание клиентов, в том числе организация размещений ценных бумаг и сделок по слияниям и поглощениям.

В-третьих, серьезных инноваций, способных поглотить нынешний переизбыток ликвидности (а масштабы таких инноваций,  похоже, должны быть сопоставимы с появлением железных дорог), на горизонте не просматривается. Двузначная инфляция для правительств развитых стран вариант абсолютно не приемлемый. В итоге, если исходить из того, что экономические законы объективны, то неизбежным сценарием в этой ситуации выглядит длительная череда сравнительно небольших кризисов, в которых и будет уничтожен избыток производительных сил.

Единственная альтернатива этому — реальное «переосмысление», «перестройка» и «реконструкция» капиталистической системы. «Ясно, что капитализм был той моделью, в которой развивается инициатива, где люди получают шанс раскрыть лучшее в себе, однако в совокупности эта модель оказалась неспособной дать обществу то, что ему нужно на уровне решений, — заявил в Давосе глава корпорации Alcatel Lucent Бен Вервааен. — Поэтому нам нужно переосмыслить систему. В нынешнем кризисе речь идет не о том, когда мы восстановим порядок, а о переходе из одной реальности в другую. У нас будут иные ценности, иные критерии успеха и иные проблемы. А для этого нам потребуется новое лидерство».

Максим Рубченко, редактор отдела экономики журнала «Эксперт»